Пришельцы.

Тайное оружие.

Контакты с прошлым и будущим.

Следователь Повитухин привык иметь дело с профессиональными лгунами, и поначалу Летаев его не насторожил. Ну, беспокойные глаза, ну, поглаживает перстень на пальце. Все равно живет бедно: продавленный диван в кабинете, а на письменном столе толстая потрепанная книга - восьмой том Большой Советской Энциклопедии.

– Лесника Козлова знали?

– Еще бы не знать! - Летаев блеснул пенсне.

– Как объясняете необычные жалобы лесника?

Летаев заволновался. Схватил граненый мутный графин, посмотрел на просвет.

– А никак.

– Что с Козловым?

– А я за ним по селу не бегаю. - Летаев любовно подвигал перстнем, ловя прищуренным глазом воображаемые лучики. - Козлов каждое утро ходил на работу. Я сижу у окна, у меня работа культурная, а он идет трудиться. Он каждый день ходил трудиться. Чтобы Козлов шел домой - этого я никогда не видел.

– Может, уехал к родственникам?

– Какие у Козлова родственники! - мелко рассмеялся Летаев. - Такие же пьяницы… Но без Козловых, я скажу, в селе спокойнее. Старые Козловы, пожилые, молокососы - все исчезли. Как один. Как вид исчезли! Он похлопал ладонью по Энциклопедии. - Представляете, что такое биологический вид?

– Кажется, сумма популяций.

– Ну? - насторожился Летаев.

В письме, отправленном в Особый отдел, лесник Козлов излагал суть дела коротко.

Господин Летаев, писал он, человек неизвестной национальности. Прислали его из облОНО, но в школу не ходит. Как заселился в комнатку бывшего Дома колхозника, так там и живет. Телевизора нет, а по занавескам бегают тени. На все вопросы отвечает одно: «Кто меня послал, тот и отзовет». И нагло смеется. И на все вопросы о документах нагло смеется. «Какие, мол, у нас документы? Мы все - часть одного целого». И нагло добавляет: «Отвянь».